НОВОСТИ
Любимов и Мартынов разошлись во взглядах на главного героя «Школы жен» PDF Печать E-mail

В «Новой опере» идет кастинг певцов для будущей премьеры 96-летнего режиссера

 

Любимов и Мартынов разошлись во взглядах на главного героя «Школы жен»

Юрий Любимов, Дмитрий Юровский, Дмитрий Сибирцев. Фото: novayaopera.ru/М. Воробьёв

В столичном театре «Новая опера» начался кастинг артистов для участия в премьере оперы «Школа жен» Владимира Мартынова на либретто Юрия Любимова. Отбор проводят сам режиссер, его постоянный соратник Мартынов, директор театра Дмитрий Сибирцев, а также Дмитрий Юровский, который выступит дирижером-постановщиком спектакля. Премьера самой ожидаемой оперной новинки сезона назначена на 20 мая 2014 года, репетиции под присмотром Любимова стартуют 1 апреля.

На днях в театр поступил полный комплект нотных материалов — партитура, клавиры, партии и голоса. Владимир Мартынов, не признающий компьютерного набора, работал над рукописью с апреля по август; еще один месяц ушел на оцифровку толстого манускрипта.

— В договоре всё было прописано с вокзальной точностью: в конце августа я должен был сдать партитуру. Клавир, согласно договору, я не имел права делать сам. Его подготовил человек, нанятый театром, — рассказывает «Известиям» Мартынов.

Вопреки общим ожиданиям и информации, ранее просочившейся в СМИ, «Школа жен» не имеет почти никакого отношения к одноименной пьесе Мольера.

— Как всегда у Юрия Петровича, это окрошка, — объясняет композитор. — Там «Спор греческих философов об изящном» Козьмы Пруткова, кое-что из Булгакова. Мольера совсем мало. Из «Школы жен», кажется, вообще ничего нет. Есть из «Мещанина во дворянстве». Чудовищное крошево.

Сюжет оперы внешне незамысловат. Знаменитая труппа Мольера ожидает прихода короля, который все время задерживается. Мольер заставляет труппу репетировать различные сцены, начиная с диалога Пруткова. Актеры демонстрируют полную несостоятельность — по выражению Мартынова, они, «в общем, свиньи». В конце концов король так и не приходит.

Патриарх Таганки не избегает намеков на свою неверную труппу. В тексте есть цитата из Томаса Манна: «Что за люди эти актеры? Да и люди ли они вообще?».

В выборе протагониста Любимов и Мартынов драматически разошлись.

— Между мной и Юрием Петровичем существует идеологический конфликт: он любит и считает главным героем Мольера, а я — короля. Для меня этот персонаж гораздо емче, хотя у него нет ни одной фразы, — говорит Мартынов.

Ожидая возможных различий в видении совместного опуса, композитор предусмотрительно закрепил свои соавторские права в документальной форме.

— Я настоял, чтобы в договоре было специально прописано мое право на изменение текста либретто. А вот Юрий Петрович после меня вмешиваться в текст уже не может — это тоже прописано. Поскольку я с ним не первый раз работаю, то знаю, что это необходимо, — признался композитор.

Сочиняя оперу, он «не зацикливался» на личности и взглядах своего великого соавтора.

— Когда делаешь такие вещи, рассчитываешь на самостоятельную их жизнь безотносительно режиссера. Печать его личности и так уже лежит на тексте оперы, — уверен Мартынов.

По его словам, либретто Любимова в действительности представляет собой драматическую пьесу, типичную для его стиля.

— Юрий Петрович считает, что он написал либретто. На самом деле это никакое не либретто. Либретто всегда учитывает музыкальную энергетику, потому что одно дело — слово читаемое, другое — слово пропеваемое. Поэтому главной моей задачей было придумать какое-то решение, чтобы появилась музыкальная драматургия, музыкальная идея, без которой опера существовать не может. Это была чудовищно трудная работа. Но когда я решение придумал, писать уже было несложно, — вспоминает Мартынов.

С режиссером свои правки он еще не обсуждал, а потому «не знает, чем все это кончится». Но добавляет, что его совместные проекты с Юрием Петровичем всегда строятся на доверии.

В итоге у Мартынова получилась двухактная опера-буффа с увертюрой, без номерной структуры, продолжительностью в два часа. Композитор называет свое творение «честнóй оперой с мелодиями».

— Поскольку в тексте — полный стилистический разброд, в музыке от него тоже было не отойти, но все-таки я старался, чтобы в конечном счете это была не эклектика, а синтез. В опере есть стержень — несколько созвучий, паттернов, модулей, — который всегда узнаваем и на который всё наматывается. А с точки зрения стилистики там присутствует и барокко, и романтизм, и нечто в духе Стравинского, Бриттена, Мессиана, и минимализм. Дальше я не лезу. Ухода в авангардизм типа Невского-Курляндского там нет — мне нужно, чтобы рядовой оперный слушатель не был сильно покороблен, — поясняет Владимир Мартынов.

Мастер убежден, что коллегам-композиторам его опус не понравится, но сам при мысли о «Школе жен» испытывает удовлетворение.

— Для меня это очень большая удача, потому что я уверен, что никто, кроме меня, из этого текста не вывернулся бы. Нечеловеческая битва с текстом мною выиграна. Получился кунштюк, в основе которого — борьба с материалом, — говорит Мартынов.

Знаменитый оракул «конца времени композиторов», выпустивший несколько одиозных книг о смерти авторской музыки, все-таки решился взять на себя персональную ответственность за новое детище.

— Да, эта партитура — авторское высказывание. Но не с точки зрения музыкального языка — им занимались в ХХ веке. Сейчас дело не в тексте, а в контексте. И контекст, мне кажется, получился. В «Школе жен» я признаю себя автором контекста, — заключил Мартынов.


 http://izvestia.ru/news/560540#ixzz2rPYab6gc
 
Юрий Любимов: человек, который может отметить столетие дважды. PDF Печать E-mail
25.01.2014 13:11 

ИНТЕРВЬЮ

Юрий Любимов: человек, который может отметить столетие дважды. ИНТЕРВЬЮ

На следующей неделе после программы "От шабата до шабата" в эфире 9 Канала — интервью с легендарным режиссером, реформатором советского театра Юрием Петровичем Любимовым "Театральный роман Юрия Любимова".

В беседе с журналистом 9 Канала Михаилом Джагиновым режиссер рассказал о своих давних конфликтах — как с властями, так и с собственными подчиненными, о любви и о своей нынешней жизни в Израиле.

Примечательно, что при выдаче режиссеру израильских документов паспортистка совершила ошибку в дате его рождения, благодаря чему в этом году Юрий Любимов сможет отметить свой столетний юбилей — за три года до реального столетия.

Юрий Любимов об актерах

Каждый актер хочет быть главным, играть главную роль. Но он не может этого делать. Поэтому каким бы я ни был, я обязательно в конечном итоге буду тираном, который его недооценил.

Об актерском братстве

Никакого братства и единомыслия нет, это выдумка людей. Я поражен, почему стремление к глупым идиллиям… Разве коллектив делал Рафаэля? Подходил к нему и говорил "вот так не надо, мы сейчас тебе поправим, так будет правильно"? Ну что это за чушь? Это же чушь, чушь диктатора. Так легче управлять.


Полностью интервью смотрите в программе "Театральный роман Юрия Любимова" в 20:00, после "От шабата до шабата" 1 февраля.

9tv.co.il
 
20.01.2014 Ушел из жизни один самых великих дирижеров мира - Клаудио Аббадо PDF Печать E-mail

В Италии, на 81-м году жизни, скончался дирижер Клаудио Аббадо. По версии британского журнала «Би-Би-Си Мьюзик Мэгэзин», он входил в тройку лучших дирижеров всех времен. Аббадо славился феноменальной памятью и безупречным музыкальным вкусом. Несколько раз гастролировал в России. Последний - выступал в Москве в 2012-м, вместе с Симфоническим оркестром Люцернского фестиваля. 

О его феноменальной памяти, безукоризненном музыкальном вкусе и легком нраве слагали легенды. Во времена дирижеров-диктаторов: Тосканини, Караяна, Мравинского, Клаудио Аббадо называли самым демократичным маэстро. Он был одним из немногих дирижеров в мире, который руководил почти всеми главными симфоническими оркестрами и оперными театрами Европы. Ему отдавали предпочтение лучшие: Венский симфонический, Лондонский, Берлинский. Приглашали, когда в коллективах намечались кризисы. Он успешно их преодолевал, после – уходил. Тот самый - первый взлет карьеры Аббадо был в «Ла Скала». 

Он рисковал. В 70-е даже сделал ставку на современную музыку. Поставил с Юрием Любимовым авангардную оперу Луиджи Ноно «Под яростным солнцем любви». 

Аббадо открыл миру партитуры авангардистов: Ноно и Берио, Шёнберга и Штокхаузена. В последнее время обращался к музыке барокко, записал Брандербургские концерты Баха. А его интерпретации циклов Малера, Шуберта и Мендельсона до сих пор считаются непревзойденными. Музыканты, которые работали с маэстро, его боготворили. 

«Клаудио был тем, кто не командует или строго руководит. Он вел оркестр, позволял играть изнутри. Его жесты для плавного голосоведения были гениальными», - отмечает музыкант Симфонического оркестра Люцернского фестиваля Алессандро Карбонаре.

Это с его легкой руки в Вене ежегодно проходит фестиваль современного искусства «Вьен модерн». В последние годы после тяжелой болезни сам Клаудио Аббадо был вынужден отказаться от многих проектов, но с главным детищем – Люцернским фестивалем - не расставался. Его работоспособностью восхищались, сам же Аббаддо говорил, что никогда не останавливался на достигнутом, всегда хотел понять что-то большее, чем просто то, что написано в нотах.

 «Новости культуры».  

 

ОТ СЕМЬИ ЛЮБИМОВЫХ 

Выражаем глубокие соболезнования семье Клаудио Аббадо. Много лет нас связывали дружеские отношения. Несмотря на то, что работа нас разделяла, мы всегда знали друг о друге. Вспоминаем  последнюю нашу встречу в 2012 году в Москве, когда мы получили истинное наслаждение от великолепного выступления  Маэстро.

Скорбим вместе с вами.

ЮРИЙ ЛЮБИМОВ и его семья.   

 
Соболезнования от Юрия Любимова PDF Печать E-mail

Режиссер Юрий Любимов глубоко опечален смертью давнего друга Юрия Яковлева

 30 ноября, 18:16

МОСКВА, 30 ноября. /Корр. ИТАР-ТАСС Ольга Свистунова/. Смерть Юрия Яковлева глубоко опечалила его давнего друга знаменитого режиссера Юрия Любимова. "Сообщение о смерти Юры застало меня врасплох, мне очень жаль, что не стало такого прекрасного актера и замечательного, я бы подчеркнул, особого  человека", - сказал ИТАР-ТАСС Юрий Любимов.

Сам "коренной" вахтанговец, Юрий Петрович вспомнил о том, как в Щукинском училище появился Юрий Яковлев. "Он сразу поразил всех своеобразием актерского дарования и необыкновенным, каким-то таинственным голосом", - заметил Любимов.

 


По его словам, в дальнейшем они неоднократно встречались с Юрием Яковлевым на сцене как партнеры - играли в спектаклях Вахтанговского театра.

 

"Каждую роль Юра трактовал интересно, небанально, - продолжил Любимов. - Когда совсем недавно я вернулся в Вахтанговский театр - ставил "Бесов" Достоевского, то сразу почувствовал духовное расположение ко мне со стороны Юрия Яковлева".

Любимов рассказал, что и в приватной жизни Яковлев был добр, отзывчив, никогда никого не обсуждал. "Он был очень внимателен к женщинам, считаю это большим достоинством Юры", - констатировал Любимов. "Но главное - Яковлев был уникальным, выдающимся актером, великолепным и на сцене, и на экране, за что его по праву любили миллионы зрителей", - заключил 96-летний патриарх российского театра.

 
21-25 ноября 2013г. ЮРИЙ ЛЮБИМОВ В ПАРИЖЕ PDF Печать E-mail

Юрий Любимов в Париже готовится к постановке оперы «Школа жен» по Мольеру



Юрий Любимов

Юрий Любимов

Режиссер Юрий Любимов «подпитывается духом» Мольера в Париже и готовится к работе над оперой «Школа жен» по Мольеру. Музыка уже написана Владимиром Мартыновым. В театре «Новая Опера» в Москве премьера оперы состоится 20 мая 2014 года. 

В театре Мольера в Париже Юрий Любимов «подпитывается духом» великого классика и ищет необычные решения для работы над оперой «Школа жен» по комедии Мольера. Музыку для оперы написал Владимир Мартынов. Премьера состоится 20 мая 2014 года в театре «Новая Опера» в Москве. Дмитрий Сибирцев, директор театра, сообщил, что прошел первый тур кастинга, комиссией прослушаны выступления 30 певцов. Некоторые исполнители уже приглашены для участия в опере. «Все прошло полюбовно, — поделился директор. — Юрий Петрович остался очень доволен, великолепно общался со всеми артистами», – сообщает РИА Новости. Второй тур прослушиваний намечен на 24 ноября. Репетиции Юрий Любимов собирается начать 1 апреля 2014 года, а 20 мая ожидается премьера. 

 
29 октября 2013 года ОРДЕН ЗА ЗАСЛУГИ ПЕРЕД ОТЕЧЕСТВОМ PDF Печать E-mail

29 октября 2013, Вторник, 18:05

В Москве чествуют россиян, удостоившихся высоких государственных наград

 
Раздел: Новости

В Москве чествуют россиян, удостоившихся высоких государственных наград

29.10.2013

Торжественная церемония, по традиции, проходит в Екатерининском зале Кремля. Среди тех, кому Владимир Путин вручил ордена - деятели культуры,... Подробнее »

 
     

Торжественная церемония, по традиции, проходит в Екатерининском зале Кремля. Среди тех, кому Владимир Путин вручил ордена - деятели культуры, спортсмены, учёные, представители других профессий. 

Торжественная церемония, по традиции, проходит в Екатерининском зале Кремля. Среди тех, кому Владимир Путин вручил ордена - деятели культуры, спортсмены, учёные, представители других профессий.

В этот раз в числе награждённых много известных людей. Так, ордена "За заслуги перед Отечеством" второй степени из рук Президента получили две народные артистки: Татьяна Доронина и Инна Чурикова. Их коллега по цеху Александр Збруев удостоился такого же ордена, но третьей степени. Всего же орденами "За заслуги перед Отечеством" разных степеней награждены почти 20 человек. В их числе - два знаменитых режиссёра, худрук "Ленкома" Марк Захаров и создатель легендарной "Таганки" Юрий Любимов, модельер Валентин Юдашкин, чьё творчество высоко ценят и в России и далеко за её пределами, композитор Родион Щедрин, председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев, верховный муфтий Талгат Таджуддинов, главный раввин России Адольф Шаевич. Среди тех, кто получил Орден почёта, народный артист Владимир Винокур.

Глава государства, приветствуя собравшихся, отметил вклад каждого из них в развитие России.

"Сейчас здесь царит чувство гордости за высокие достижения собравшихся в этом зале, за ваш талант и труд, за ваши успехи, за выдающиеся результаты вашей работы. В преддверии празднования Дня национального единства мы особенно остро осознаем важность и вес этих достижений, их значимость для консолидации нашего многонационального народа вокруг ценностей патриотизма, преданности Родине и ответственности за ее судьбу", - подчеркнул Владимир Путин.

Президент отметил присутствие деятелей науки, культуры, искусства, индустрии моды, работников промышленности, здравоохранения и образования, дипломатов и сотрудников правоохранительных органов, предпринимателей, которые "демонстрируют высокие стандарты эффективности и социальной ответственности". "Искренне хочу всех вас поблагодарить за вашу работу и вклад в развитие страны. Поздравляю всех, кто удостоен сегодня государственных наград. Они отражают ту высокую оценку, которую вы заслужили в обществе и в народе. Желаю вам новых, значимых, важных, ярких успехов", - заключил Владимир Путин.

Среди приглашённых В Кремль была и ещё одна любимица публики - актриса Маргарита Терехова. Ей Президент вручил Орден почёта. Чествовали сегодня и её коллегу, актрису "Современника" Чулпан Хаматову, которой присвоено звание народной артистки России. Среди гостей церемонии была также певица Кристина Орбакайте, получившая звание заслуженной артистки.

 

Фото
 
Театр на Таганке модернизируется в театр бюрократического абсурда PDF Печать E-mail

Экономика и жизнь

16.09.2013

 

Автор: Татьяна Яковлева

Рассказ новых руководителей Театра на Таганке о том, как они перестраивают знаменитую «Таганку» и готовятся отметить её 50-летие, сам по себе стал триумфом самого актуального в современной России жанра — эдакого бюрократического абсурда. Названа предварительная стоимость зрелища в стиле, так сказать, «бюрарт» (от слова «бюрократический») — 72 млн руб.

Странные вещи происходят на «Таганке» после изгнания оттуда её основателя Юрия Любимова. Но так и положено при абсурде — больше странностей. А при бюрократическом абсурде — они должны быть ещё и дорогими.

Используется особый бюрократический язык, образцы которого бережно сохранило для истории агентство ИТАР-ТАСС. К примеру, по словам нынешнего директора «Таганки» Владимира Флейшера, намеченные на весну юбилейные торжества уже «осмечены». Смекалистые журналисты догадались, что это — от слова «смета», которое теперь уже признаётся рядом деятелей культуры старинным русским театральным термином. «Осмечено» в нашем случае означает, что в ответ на озвученные творческие предложения столичному Департаменту культуры на празднества обещаны «юбилейные» 72 млн руб. Над многослойным проектом праздника уже в полную силу работает отобранная Департаментом молодая команда, членов которой готовили быть хорошими менеджерами в Школе молодого лидера. Лучших учеников внедрили в некогда любимовский театр.

На вопросы о том, как можно праздновать юбилей без «отца театра», ответ прост: зазываем поприсутствовать.

«Школа театрального лидера» — одно из инновационных начинаний столичного Департамента культуры. После ухода Юрия Любимова из театра руководитель Департамента Сергей Капков поддержал рождение этой школы, заметив, что в Москве насущно необходимо пространство, где будущие театральные лидеры научатся решать не только творческие задачи, но и различные трудовые конфликты. Вообще-то в развитых странах конфликты разрешаются по установленным правилам, при помощи действующих институтов, в том числе и таких базовых, как суд. У нас ставка — на ручное управление. Мастеров разрешения ситуаций и подбора вариантов умиротворения пока недостаёт. Но их начали готовить — как электриков или сапёров.

Цивилизации давно доказали очевидное — неэффективность ручного управления, но бюрократии всех стран научились защищаться от реальности, изготавливая немыслимое количество бумажных проектов по достижению счастья к понедельнику, засыпая ими любого, кто посмеет усомниться в нужности сертифицированных управленцев, будь то менеджеры конфетной фабрики или Театра на Таганке.

Московские власти выводить «Таганку» из затяжного кризиса, в котором театр оказался сразу после ухода Любимова, отправили режиссёров Дмитрия Волкострелова и Семёна Александровского, художника Ксению Перетрухину, театроведа Анну Банасюкевич и других. Почему их? Потому, что эта команда защитила проект по дальнейшему развитию Театра на Таганке на многих страницах с милой сердцам чиновников инфографикой. А главное — на защите проекта присутствовали не кто попало, а сами представители Департамента культуры и даже лично — Сергей Капков. Не беда, что после нескольких месяцев близкого знакомства с прошлым и настоящим «Таганки» сами авторы утверждённой положенными резолюциями и печатями концепции признались, что планы претерпели изменения. Что ж, они быстро принялись бы править концепцию так, чтобы добиться ещё большей её реальности. Нет сомнений, что эта работа — на годы и десятилетия, уберут одну команду исполнителей — направят другую. Главное, чтобы не допускать в театр непредсказуемых вольнодумцев типа Любимова и уж конечно — его самого, если не покается по-настоящему, а не как Галилей, про которого когда-то на «Таганке» тоже был спектакль.

Виртуозный пример бюрократического понимания сути режиссуры продемонстрировали на пресс-конференции, посвящённой открытию юбилейного сезона: «Изначально это был „вертикальный“ проект, в то время как сейчас он переходит в горизонтальную плоскость... Проект был глобальный, и в него были заложены очень радикальные вещи, которые, как оказалось, невозможно осуществить прежде всего по экономическим соображениям: театр должен работать и зарабатывать деньги. То, что планируется сейчас, это совсем-совсем другое… первый вариант на самом деле не мог воплотиться, потому что он находился в отрыве от реальности и социума — это было абстрактное упражнение для ума и души. При всем уважении к Юрию Петровичу, вся проблема „Таганки“ в том, что любая тоталитарная система рано или поздно рушится — мы сейчас находимся на руинах и мучительно стараемся перейти в ситуацию демократического управления. В этом сезоне у нас будет происходить некий взаимообмен. Если в итоге у театра возникнет внутренняя потребность продолжать диалог, мы продолжим»…

И так далее. Мол, был у вас тиран, а теперь — демократия. Правда, зрители куда-то исчезли, но и это можно обернуть новым доводом при составлении проектов по «осметчиванию», к чему, оказывается, можно свести работу прежде знаменитого театра.

Не обученные в школах лидеров актёры как-то уныло выступали на пресс-конференции. Они явно плохо понимали, о чём идёт речь, ведь привыкли читать, мыслить, ругаться и мириться на русском языке, а не на бюрократическом. Вот и печалились чему-то очень важному и утраченному.

«Обстановка в театре сейчас непонятная, она не очень домашняя, не очень таганковская. Но времена меняются, и любимовская атмосфера с уходом Юрия Петровича постепенно выветривается, — говорил Дмитрий Высоцкий. — Мы живём не то что в междуцарствие, потому что был царь, а теперь команда, мы входим в мучительно-демократический период. Что это будет? Пока не знаем. Но очень хочется, чтобы поскорее победило творчество».

Обученные менеджменту мастера культуры, напротив, были бодры, полны задора и весьма многословны (сказывается умение писать программы развития).

Художница Ксения Перетрухина методично разъясняла собравшимся суть предстоящих деяний новой команды в сфере, конечно, управления и дальнейшего изгнания духов «тяжёлого любимовского прошлого», не размениваясь на мелочи, скажем, про подбор красок к новой постановке.

Она и её сподвижники говорили по-новому, хотя этот язык отчего-то очень напомнил тот, на котором велись в испарившемся СССР разговоры на партхозактивах — это когда тогдашняя правящая партия учила, как класть кирпичи, нести яйца и ставить оперы. Вот несколько «чудесных» моментов из выступлений обученных менеджменту деятелей культуры.

«Сегодня принципиально важно осмыслить историю этого театра с позиций сегодняшнего дня, предварительно как следует ее изучив. И остановиться на самых наболевших проблемах. Одна из них — принципы существования репертуарного театра как такового. Тут сразу хочется сказать, что „отменять“ его новая команда не собирается, а в некоем аналитическом исследовании этого вопроса никакой „крамолы“ нет… Запрещая свои спектакли, Юрий Любимов отчасти узурпирует свои права на эту историю, но ведь она принадлежит актёрам и зрителям тоже… Не менее интересно исследовать и феномен самого Любимова — тоталитарной фигуры в отдельном театре, ставшем форпостом абсолютной свободы… Официальная и частная история театра уже написана, издано немало книг, альбомов, дневников, мемуаров, так что добавлять ещё пару букв к этому новой команде не хочется. А вот осмысление с позиций сегодняшнего дня, с точки зрения молодого художника весьма актуально».

Вряд ли, однако, эти «молодые художники» смогут при одобренном Департаментом культуры подходе понять феномен Любимова. Дело в том, что для этого надо уяснить смысл простых слов: «творчество», «вдохновение», даже «кураж» и тому подобных. Но этих понятий нет в завизированных циркулярах Департамента культуры. Да и не стоит выпускникам Школы лидеров тянуться к непостижимому. На самом деле феномен Любимова у них под носом, надо только научиться открывать глаза. В доступной им версии этот феномен хорошо различим — аудитория «Таганки» уничтожена, зрителей нет. Так что надо бы думать конкретнее, как, кстати, и учат в бизнес-школах. К примеру, как организовать логистику подвозов на городских автобусах солдат и школьников, как не выпускать их из зрительного зала до конца представления, может быть, стоит пойти для этого на смелый театральный эксперимент и раздавать посетителям бесплатно марихуану?

Пока команда «новаторов по-департаментски» видит основной смысл своей борьбы за театр в том, чтобы переписать его историю по-новому, не как историю Юрия Любимова, который минимум дважды с нуля создавал, реанимировал театр, а с точки зрения актёров, статистов, костюмеров. Логично было бы записать и рассказы буфетчиков — у них найдутся яркие воспоминания про Владимира Высоцкого (актёр, поэт и исполнитель песен, работал в Театре на Таганке в период её расцвета при Любимове. — Ред.) и про многое другое.

Художница К. Перетрухина, кажется, в чём-то подобном и видит вывод театра из кризиса.

«Я бы привела в пример пьесу Стоппарда (Тома. — Ред.) «Розенкранц и Гильденстерн мертвы», где известная шекспировская история (имеется в виду «Гамлет». — Ред.) рассказана от лица второстепенных персонажей, — говорит К. Перетрухина. — Мне интересно пересмотреть историю «Таганки», которая запечатлена в чудесно изданных книгах, с позиции Розенкранца и Гильденстерна».

Судя по всему, такой подход к возрождению одобрен московским чиновничеством. В октябре в театре состоится выставка «Попытка альтернативы», которая представит ракурс понимания этой истории новой командой.

Режиссёр Дмитрий Волкострелов уже заявил свой проект документального спектакля, основанного на голосах зрителей под условным названием «Голос зала». Будут собраны зрительские воспоминания, впечатления, размышления о том, какую роль сыграл Театр на Таганке в их жизни, как повлиял на неё, на какие вопросы ответил, какие проблемы поставил.

Режиссёр Семён Александровский планирует исследовать «большую жизнь одного спектакля внутри театра». Материал для работы есть: сохранились видеозаписи, кинохроника, есть свидетельства артистов нескольких поколений. Предполагается, что это будет мультимедийное исследование. Наверное, недешёвое в исполнении.

Режиссёр Андрей Стадников планирует осуществить проект спектакля, основанного на свидетельствах людей, которые на протяжении многих лет работали в этом театре, причём не только актёров. «Меня трогает в этих людях тоска по прошлому братству», — говорит режиссёр.

Кроме этого, в юбилейном феврале новая команда представит фестиваль читок, который пока носит условное название «История в документах». В архивах сохранилось немало любопытных и драматичных свидетельств времени: стенограммы собраний и худсоветов, акты приёмки спектаклей, письма зрителей и т.п. Планируется выявить круг тем, которые покажутся наиболее драматургичными, в том числе, вероятно, и весьма неожиданных. Затем для их разработки пригласят драматургов, умеющих работать с документальным театром. Из пяти предполагаемых фестивальных читок две наиболее интересные и актуальные со временем должны перерасти в полноценный спектакль, который останется в репертуаре театра. Кстати, и заявленные выше проекты молодых режиссёров могут также войти в постоянную афишу театра. Которая сегодня почти пуста.

Юбилейный сезон включает в себя не только проекты пришедшей команды.

«У театра есть незабываемое прошлое, но есть и неизвестное, очень интересное будущее, — оптимистично пообещал директор театра Владимир Флейшер. — Давайте послушаем то новое, которое активно и даже агрессивно вливается в театр».

Открывает юбилейный сезон «Таганки» спектакль «Нет лет» (автор Е. Евтушенко, режиссёр В. Смехов, премьера — 23 апреля 2013 г.). Премьера октября — спектакль «Гедда Габлер» Г. Ибсена, режиссёр Г. Галавинская.

Репетируется спектакль «Гроза двенадцатого года», где автором и режиссёром выступает Сергей Глущенко. В этой постановке, посвящённой событиям войны 1812 г., занято более 50-ти артистов труппы. Из прошлых планов на этот сезон перешла постановка спектакля под рабочим названием «Голос отца» по произведению Андрея Платонова в постановке Игоря Коняева. В театре ждут новую пьесу Дмитрия Быкова «Шереметьево-3» о событиях, связанных со Сноуденом, которую будет ставить Роман Феодори.

В. Флейшер посетовал на тот огромный объём текущей работы, из-за чего, по его словам, «в театре не хватает помещений для репетиций». Он же отметил, что денег на юбилейные события театр пока не получил. Существует предварительная смета, которая направлена в Департамент культуры города Москвы и будет рассматриваться. Создан и Общественный совет по празднованию юбилея «Таганки», в который вошли театральные деятели столицы. Кстати, сам юбилей будет отмечаться не только в конкретном театре. Бахрушинский музей готовит свою выставку, на которой тоже обещает представить много нового, ранее не демонстрировавшегося.

Что же касается Юрия Любимова, то пока ещё только ведутся переговоры о возврате его спектаклей в репертуар «Таганки». На пресс-конференции директор В. Флейшер обещал «приятно поразить» зрителей уже в октябре. «Мы будем его приглашать, будем делать всё, чтобы Юрий Петрович был с нами, — подчеркнул В. Флейшер. — Может быть, заход в театр для него проблемен и трагичен, может быть, но он может оказаться в одном из тех заведений в Москве, где будет проходить празднование».

По словам директора театра, Любимов будет приглашён, в частности, к участию в «творческом диалоге», который будет организован в «Гоголь-центре». «Переговоры в процессе, я надеюсь, что всё у нас сложится», — сказал Флейшер.

«Надеюсь, что октябрьский репертуар после переговоров с Юрием Петровичем Любимовым, с РАО (Российским авторским обществом) вас приятно поразит», — сказал ещё В. Флейшер. Как пояснил директор театра, решение о дальнейшей судьбе постановок Юрия Любимова пока не принято, однако он надеется, что результаты переговоров уже в ближайшее время можно будет представить общественности.

Вопрос о запрете своих спектаклей Юрий Любимов поставил ещё в марте этого года. Тогда он сообщил, что вынужден запретить Театру на Таганке показ его авторских постановок. Мастер объяснил своё решение. Он сказал, что после его ухода из театра спектакли идут «в небрежном виде, с произвольными изменениями мизансцен». Запрет касается тех спектаклей, где режиссёр является и автором сценария. Среди них — «Добрый человек из Сезуана», «Тартюф», «Мастер и Маргарита», «Владимир Высоцкий», «Горе от ума», «Арабески».

Однако тогда в ситуацию вмешался Департамент культуры города Москвы. Глава ведомства Сергей Капков встретился с легендарным режиссёром в конце марта, после чего Юрий Петрович дал согласие на дальнейшие показы его спектаклей. Но эта тема вновь вспыхнула спустя несколько месяцев. В конце июня Владимир Флейшер получил письмо от Российского авторского общества о запрете показа спектаклей Юрия Любимова.

 

Постоянный адрес в интернете: http://www.eg-online.ru/article/222901/

 

 

 
11.10.13 Встреча с постановщиками "Школы жен" PDF Печать E-mail

ВСТРЕЧА С ПОСТАНОВЩИКАМИ «ШКОЛЫ ЖЁН» (11.10.2013)


Вчера на сцене Новой Оперы встретились постановщики оперы «Школа жён» и руководство театра.
«Новости Культуры»: Постановка уже  приковала внимание прессы. Оперу по пьесе Мольера «Школа жён» готовит команда, в которую входят только мэтры.
 Image

Либретто несколько лет назад написал Юрий Любимов. Работу над партитурой только что закончил Владимир Мартынов. Сценографией занимается Борис Мессерер, костюмами  Рустам Хамдамов. Музыкальный руководитель постановки  Дмитрий Юровский. Премьера намечена на 20 мая. Сегодня состоя­лось первое общее обсуждение проекта.

По замыслу Любимова, в этой истории  много пластов. А главный герой постановки  сам Мольер, который играет разные роли. Классический текст «Школы жён» режиссер дополнил фрагментами из «Мещанина во дворянстве», а также произведений Козьмы Пруткова.

«Либретто давно у меня в руках, но я думал  куда, что. Они любезно со мной поговорили этот театр, и я им отдал это либретто,  рассказывает Юрий Любимов.  “Школа жен”, по-моему, нужна нашему государству. Они непокорные какие-то, а, в общем-то, я старого режима человек. И поэтому “Школа жен” полезна будет женам».

«Если говорить о жанре, то это будет немножко “опера-буфф”, отмечает Владимир Мартынов.  Но с каким-то немножко трагическим исходом. Хотя я старался сделать музыку мольеровскую  легкую, веселую, полетную. Поэтому я просил такие голоса, чтоб это были голоса моцартовские, глюковские. Так что “опера-буфф” должна что-то определять».

 

РИА Новости: Директор театра Дмитрий Сибирцев заявил, что сегодняшний день можно считать началом работы, хотя активный постановочный период планируется начать с 10 апреля будущего года. «Сегодня мы назначили даты прослушиваний солистов, они состоятся в ближайшее время. И потом до премьеры нас ждет целая жизнь, все этапы которой обещают быть очень интересными» отметил директор.

Он добавил, что в труппе есть все необходимые для спектакля голоса, за исключением контратеноров  их будут приглашать извне. Пока на май запланировано три премьерных спектакля.



 
БЛАГОДАРЮ ВСЕХ МОИХ ДРУЗЕЙ. PDF Печать E-mail
 
ДОРОГИЕ ЗРИТЕЛИ!
ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!
БЛАГОДАРЮ ВСЕХ, КТО ПОЗДРАВИЛ МЕНЯ С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ. 

ВАШ ЮРИЙ ЛЮБИМОВ. 
 
ОПЕРЫ ЛЮБИМОГО РЕЖИССЕРА ЛЮБИМОВА PDF Печать E-mail
 Image
 ИНТЕРВЬЮ ЖУРНАЛУ БАКУ
 ТЕКСТ: ЕЛЕНА ГОЛОВАНОВА 
ФОТО: CHICO DE LUIGI
 
 После громкой премьеры «Князя Игоря» в Большом театре Юрий Любимов
на все лето уехал в Италию. Осенью он вновь вернется в режиссерское
кресло, будет ставить «Школу жен» композитора Мартынова
в «Новой опере». А пока что мы последовали за ним – расспросить о работе
в Большом театре, об оперной режиссуре и памяти сердца.
 
Пеннабилли – крошечный средневековый город на вершине
холма в итальянской Эмилии-Романье. Город с давней истори-
ей уличных артистов, в последние десятилетия он стал известен
благодаря Тонино Гуэрра, сценаристу фильмов Феллини, Анто-
ниони и Тарковского, поэту, художнику, сказочнику. С ним дру-
жил и Юрий Любимов. В прошлом году Тонино Гуэрра ушел,
но в Пеннабилли живет его вдова Лора, и именно по ее при-
глашению здесь сейчас гостят Любимовы.
На вершине холма – вилла, напоминающая построенную ар-
хитектором Палладио классическую виллу Ротонда. Вокруг нее
высокие старые сосны. «Смотрите, какие шишки тут падают. Бе-
рите на память», – Юрий Петрович протягивает несколько ши-
шек, упавших в плетеные кресла. Шишки похожи на деревян-
ные розы.
«Вы, значит, из Баку? – спрашивает Юрий Петрович. – Был
такой драматург Арбузов. Я одно время часто встречал его на ули-
це, на ходу обменивались вопросом-ответом. Он меня спраши-
вает: «Как у вас дела?» – «Закрывают спектакли, – говорю. – А у вас
как?» – «Вот, через три дня еду в Баку!» И улыбается. Я говорю:
«Что там, с нефтью связано?» – «Да нет, говорит, мяса поесть».
И улыбается.
Один из поклонников любимовского театра как-то сравнил
Юрия Петровича с «гигантской секвойей, на кольцах которой за-
писаны четыре тысячи лет». Любимову девяносто пять, он ро-
дился в год Октябрьской революции, прошел две войны, был по-
пулярным актером и получил Сталинскую премию; затем соз-
дал уникальный театр и свой собственный, новый сценический
язык, возглавлял Театр на Таганке без малого 50 лет, за это вре-
мя был лишен советского гражданства, ставил спектакли по все-
му миру. Но вехи его жизни – не столько этот богатый собы-
тийный ряд, сколько встречи и дружба с людьми, определившими
историю ХХ века.
Своим главным профессиональным инструментом Любимов
называет память. В эпоху, когда ученые говорят о тревожной тен-
денции – информация вытесняет память, а технический прогресс
ведет к регрессу сознания, – все меньше людей владеет искус-
ством воскрешать свою жизнь не по фактам автобиографии, но
по духовным и эстетическим переживаниям. И в нашей беседе
Юрий Петрович нередко отсылает к своим привычным, более
интересным собеседникам – Достоевскому, Толстому, упоминает
о встречах с современниками, причем часто говорит о них в на-
стоящем времени. Колодец памяти невозможно вычерпать до
дна, и память не знает ограничений ни в пространстве, ни во вре-
мени.
БАКУ: Юрий Петрович, когда в прошлом году вы поставили
«Бесов» в Театре им. Вахтангова, то упомянули, что делали ин-
сценировку под впечатлением от страшного инцидента вНор-
вегии, когда человек просто так расстрелял невинных людей.
Вы всегда считали, что режиссер обязан чувствовать, что про-
исходит вокруг. О чем сегодня важно говорить со сцены?
ЮРИЙ ЛЮБИМОВ: Вы знаете легенду о Достоевском? Он был
приговорен к смерти, и, когда уже надели на него мешок, в по-
следний момент пришло помилование. Потом явился к нему в ка-
меру ночью Христос и сказал: «Ты понял многие вещи, и теперь
ты должен всегда советоваться со мной, когда надо принять важ-
ное решение о душе. Я всегда помогу и буду наставлять тебя».
Вот вы говорите – новая драматургия. А что такое эта новая
драматургия? Что они открыли? Сюжеты из жизни берут? Так
давным-давно делал Шекспир, так делали древние греки еще
лись в жизнь и писали. Был один слепой, Гомер, и хватит.
Я в курсе – слежу, читаю журналы, слушаю. Меня позвали как-то
все левые в свой «Винзавод». Явилось их очень много. Под конец они
мне кричали: «Мы вас любим». И повесили большой мой портрет,
чудаки. У меня в театре тоже висели доски: Мейерхольд, Стани-
славский, Вахтангов, Брехт.
И я им сказал, что никакой новой драматургии нет и не может быть.
Все уже было, были такие шедевры, что и всей жизни не хватит про-
честь и понять.
БАКУ: Не верите, что может появиться новое движение?
Ю.Л.: Да литература вообще – товар штучный, странно как-то ее клас-
сифицировать. Реакционные режимы всегда говорят «коллектив»,
у них коллектив – священная корова. Ну вы на секунду можете себе пред-
ставить: сочиняет Моцарт, а к нему подходит сзади коллектив, «това-
рищ Моцарт, вот сюда бы еще нотку». Этого нет в истории искусства.
Ну что, Толстой будет слушать коллектив? Церковь предала его ана-
феме. Вот вы знаете, что такое анафема? Он был отлучен от церкви, но
не от Бога, большая разница. От Бога нельзя отлучить. Кто были са-
мые свободные люди в Римской империи? Незаконные христиане, ко-
торых там вначале избивали, убивали, – вот в такой обстановке возникла
самая свободная религия. Возьмите списки расстрелянных, замучен-
ных диктаторскими режимами людей. Это же страшные списки. Вот
вы мысленно представьте себе: все лучшее, оригинальное уничтожали
всю историю человечества. И все равно они находятся и все равно ра-
ботают. Значит, какое же должно быть желание Всевышнего...
БАКУ: Ваша постановка «Князя Игоря» открывается словами
«Вначале было Слово». Без божественного слова не может быть ве-
ликого произведения искусства?
Ю.Л.: Это по Евангелию, да. Ну ученые же заявили, что в каждом из
нас есть божественная часть, даже нашли ее. Команда-то оттуда (по-
казывает наверх) идет, что вы можете, а что не можете. Это ученые
люди говорят, а мы, верующие, так и всегда это знали. Если нет свя-
зи со вселенной, ощущения ее, то ты какая-то странная поганка. По-
этому-то и грибы бывают хорошие, а бывают – поганки.
БАКУ: Вы поставили больше 20 опер по всему миру, от Ла Скала
до Ковент-гардена, от Парижа до Чикаго. Чем отличается драма-
тургия оперного театра?
Ю.Л.: Я смотрел «Князя Игоря» у Гергиева, там князю выводят жи-
вую лошадь. А он на нее залезть не может. Налетели бояре, подсадили
его, а мне так смешно. Опера – самое условное искусство, люди поют
все время – что может быть менее естественным? Там другое про-
странство – вот вещь, о которой я должен прежде всего думать. Пом-
 нить, что я ограничен площадкой, думать, как в нее вписать всех
действующих лиц. Например, в «Князе Игоре» участвует до
150 человек, там есть большие массовые сцены, и я должен сра-
зу решить, как их расположить, поэтому я привык работать с каж-
дой фигурой. Не только с солистами, а с любой фигурой, кото-
рая в этом пространстве действует. Основное в моей профессии –
это умение владеть пространством, как у архитектора, видеть, как
все в нем расположить. Если этого качества нет, то в режиссуру
лучше не лезть.
 
***
Наш разговор о театре сопровождается прогулкой по Пеннабилли
и воспоминаниями.
«Эти стены из камня, – рассказывает Лора Гуэрра Юрию Пет-
ровичу, держа его под руку, – относятся к первым поселениям
князей Малатеста, IX–XI век. Здесь был их дворец или, может
быть, зал. И вот Тонино придумал устроить тут храм мыслей».
В огороженном древними камнями зале на траве стоят ве-
личавые серые плиты разных форм.
«Эти фигуры выстроены в линию души, линию ума и линию
тела. Садитесь сюда, Юрий Петрович. Видите, как они все пе-
ремежаются между собой. Тонино говорил, что эти скульптуры
как медитация: «И ты сидишь здесь перед непрозрачными зер-
калами, перед немыми исповедальнями...»
«Замечательно вы все рассказали, коротко и ясно, – благода-
рит Любимов. – Тут ведь все геометрические фигуры».
Несколько минут он внимательно рассматривает «храм мыс-
лей». Потом говорит, как будто про себя: «Вон как там интересно
 в скале вырезан угол. И очень хорошо там стена заканчивается.
И красиво, в каком положении цветы наверху».
«Вот взгляд художника, – шепчет нам Лора,– все подмечает».
«Ух ты, какие корни!» – Юрий Петрович обращает внимание
на корни исполинского дуба, пытающиеся приподнять старин-
ную кладку.
Из-за стены свешиваются ветки со спелыми ягодами малины
и шелковицы, на дереве кричит сойка.
В следующем открытом «зале» снова приготовлен трон для
Юрия Петровича – с видом на каменные цветы, которые Тонино
Гуэрра делал для своих друзей и соратников по работе. Для Фе-
дерико Феллини, Джульетты Мазины, Андрея Тарковского, Сер-
гея Параджанова – каждый получил по каменному цветку, смот-
рящему в вечность.
«Вот молодец, – качает головой Юрий Петрович. – Какая не-
обыкновенная фантазия».
***
БАКУ: Как вам работается с оперными людьми? В вашем те-
атре актеры были как глина, по воле режиссера могли делать
все что угодно.
Ю.Л.: В Большом театре это распределено. У них есть балет, ми-
манс, хоры – и есть солисты. Солистов – голоса – надо покупать
заранее, их мало. Например, в мире не много певцов, которые
могут петь Вагнера, и их расписывают задолго. Но и певец мо-
жет играть, если это не мешает ему петь, поэтому режиссер дол-
жен прежде всего себя укротить, помнить о том, что главное лицо
тут музыка. Певцов нужно беречь, давать им такие мизансцены,
 которые не отягощают, не сбивают дыхание. Иногда и солисту при-
ходится преодолеть себя, но потом – там, где позволяет партитура, –
он сможет отдохнуть несколько секунд. В общем, я должен, ко-
нечно, разбираться хоть как-то в клавире и партитуре, хотя я к му-
зыке никакого отношения не имею – только любовь. Очень люб-
лю музыку, она действует на меня, на мою фантазию. Главное –
не мешать атмосфере, тому, как она ее создает.
БАКУ: А ведь есть еще оркестр...
Ю.Л.: Да, оркестр, и яма, которая разделяет сцену и зрителей, и
совершенно особое надо придумывать общение певца со зри-
тельным залом. Ему надо побеждать оркестровую яму, чтобы до-
браться до публики.
У меня в «Князе Игоре» был еще шедевр – пляски Голейзов-
ского. В балете это, с одной стороны, легче – там записываются
все движения, с другой стороны, очень трудно технически: нуж-
но быть виртуозами, чтобы танцевать как в записанном рисунке.
Мне повезло, я был знаком с Касьяном Голейзовским, ходил к нему
на репетиции и видел, как он работает, как владеет телом балет-
ных существ, какие придумывает движения.
Вообще, работа в Большом мне понравилась. Они ко мне очень
хорошо отнеслись. Я болел, они терпеливо ждали. Несколько ме-
сяцев. И я в благодарность за такое отношение старался им по-
могать как только мог, каждому певцу, и каждому хористу, и каж-
дому мимансу. А там, между прочим, было два состава и еще тре-
тий запасной. Приходилось работать с обоими составами и ино-
гда давать тому, кто в запасе, чтобы, если вдруг катастрофа, и он
мог спеть. Ведь назначили сразу восемь спектаклей после премь-
еры, а с голосом все может быть.
БАКУ: В первом составе князя Игоря у вас пел Эльчин Ази-
зов, бакинец.
Ю.Л.: Да, я очень доволен Эльчином, передайте ему большой по-
клон от меня. Он, во-первых, талантливый человек, и он хотел по-
нять, что я от него хочу и как проникнуть ему в эту музыку, ко-
торая, в общем, не изменена, но отличается от традиционной вер-
сии. Во-вторых, с ним легко работать, он деликатный человек. Вот,
кстати, еще один штрих смешной. Мы едем с Катей в машине, она
у меня за рулем. Я посмотрел, а Эльчин рядом едет на большом
автомобиле. Я вот так сижу, низко, а он высоко. И я ему говорю:
«О, как вы высоко взлетаете». А он открывает окошко свое, руку
к груди прикладывает: «Это семья, Юрий Петрович, требует».
БАКУ: Ваша редакция «Князя Игоря» наделала много шума.
Ю.Л.: Бородин писал эту оперу всю жизнь и так и не закончил,
так что материала там было на три оперы. Я доверял господам ком-
позиторам, Владимиру Мартынову и Павлу Карманову, которых
я пригласил, и они сделали, по-моему, прекрасную музыкальную
редакцию – сократили пять с половиной часов до 2.45. Грандиозную
работу проделали, и не только для нас, но для будущих поколе-
ний. Никто за Бородина не писал ни одной ноты, лучшие музы-
кальные куски выбрали из его же материала, ну немного только
в оркестровке прибавили – для ритма и мощности, чтобы пока-
зать одержимость взять реванш. Князя же разбили, он погубил
всех. И когда он вернулся, то сразу же стал собирать войска, что-
бы снова идти. Правнук Бородина, кстати, присутствовал на премь-
ере – он остался в большом восторге.
Некоторые критики сказали, что я выкинул какой-то кусок
у хана. Там было два хана, я сделал из них одного. Но когда они
сказали, что я лишил его какой-то замечательной арии, они ее про-
сто не услышали.
БАКУ: Юрий Петрович, да разве ж вас затрагивает критика?
 Ю.Л.: Она не может меня задеть. Во-первых, мне столько лет, я
вообще могу не работать, я же не нанимался, а меня туда напра-
вили, в Большой театр. Направил вождь страны, позаботился, что-
бы я не был безработным (смеется). Сначала в Художественный
театр, откуда я убежал в Вахтангова и поставил «Бесов». А потом
уже в Большом мне предложили эту оперу. Так что когда меня спра-
шивают, почему я взял именно «Князя Игоря», я отвечаю: види-
те ли, есть правила приличия...
БАКУ: А если бы вы сами выбирали, какую бы взяли?
Ю.Л.: Мне хотелось бы сделать «Кармен». Это уже такая «запетая»
опера, я видел ее несколько раз в разных частях мира и каждый
раз чувствовал, что суть, изюминку этих людей не передали. А по-
скольку я, в общем, бывал в Испании, мне показалось, что я мог
бы сделать лучше. Они же ходят по-другому, испанцы! Особен-
но это относится к дамам, как они стучат каблуками, даже когда
просто идут за продуктами. Они не так ходят, как все в мире, они
выстукивают каблучками, у них есть особая внутренняя жилка.
Отсюда и тореадор, и все остальное, и это мне было бы заманчиво
передать – особую повадку.
 Image
  ОСНОВНОЕ В МОЕЙ
ПРОФЕССИИ – ЭТО УМЕНИЕ
ВЛАДЕТЬ ПРОСТРАНСТВОМ,
КАК У АРХИТЕКТОРА,
ВИДЕТЬ, КАК ВСЕ
В НЕМ РАСПОЛОЖИТЬ

***
 
Юрий Петрович вспоминает, как несколько лет назад они с То-
нино сидели в доме за садом и придумывали спектакль «Мед» (он
потом шел на Таганке, и там же проходила выставка Тонино Гу-
эрра).
«Расскажу вам историю, – громогласно, по-актерски объ-
являет Юрий Петрович. – Тонино и кошки!»
Мы собираемся вокруг его кресла.
«Сидел я деликатно. Тонино на машинке чего-то стучал.
Кошка пришла из окна и начала смотреть, как он бьет по клави-
шам своей машинки.
«Оливетти!» – уточняет Лора.
«И когда он замолчал, кошка начала стучать лапой – тук-тук-
тук. Один раз. Другой. На третий раз он ее прогнал в окошко. Вот
это штрих к началу нашей работы, которая потом вылилась в
«Мед». Мы с Тонино так притерлись друг к другу, что нам не ну-
жен был переводчик, мы всех разогнали и сидели вдвоем целый
день и целый вечер. Я тогда другого художника себе в «Меде» не
представлял, Тонино сама жизнь привела. Это его поэма, его мир,
и сам он – такой разносторонний, вдруг снова возникший чело-
век Возрождения».
На подушке, что лежит на стуле, кисточкой Тонино нарисована
яркая бабочка, на ней же вышита надпись: «Дружба – это бабоч-
ка, присевшая на плечо». Еще несколько таких же бабочек на бе-
лом платье Лоры. «Вы были гениальным дуэтом!» – не скрывает
она восторга.
«Это ваша воля, я так высоко не летаю, – отвечает Любимов. –
Но стараюсь. Я старательный».
 Image
 БОРОДИН ПИСАЛ
ЭТУ ОПЕРУ ВСЮ ЖИЗНЬ
И ТАК И НЕ ЗАКОНЧИЛ,
ТАК ЧТО МАТЕРИАЛА
ТАМ БЫЛО НА ТРИ ОПЕРЫ
 


 
<< [Первая] < [Предыдущая] 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 85 - 98 из 140